-18 °С
Облачно
ВКTlgrmЯ.ДзенОКTikTok
Все новости
ДАТА
2 Сентября 2019, 17:51

Один день из истории Большого Арлана

Солнечное тёплое июньское утро 1966 года в Николо-Берёзовке. У причала спасательной станции на реке Каме, напротив детского сада, оживление. Работники топографической группы нефтепромыслового управления «Арланнефть» во главе с начальником Геннадием Григорьевичем Шкрилем собираются выехать в соседнюю Удмуртскую Республику в Каракулинский район.

Цель поездки – выдать первые точки для начала бурения рабочих добывающих скважин на противоположном берегу реки Камы. На вопрос одного из собравшихся о цели этой поездки Геннадий Григорьевич отвечает лаконично: «Стране нужна нефть».
В группу также входили старший инженер Рима Васильевна – супруга Геннадия Григорьевича, топограф Е.М. Христолюбов, техник Рая, два реечника, автор этой заметки, мой одноклассник Павел Хохряков и водитель катера.
До Камы нас довёз автобус «КАВЗ» АТК НПУ «Арланнефть», водитель Павел Белозёров, а в Каракулинский район нам предстояло добраться на новеньком катере – белоснежном красавце на подводных крыльях, изготовленном на знаменитом в то время Сормовском заводе в городе Горьком (ныне Нижний Новгород), где выпускались «Кометы», «Метеоры», «Ракеты» и другие суда на подводных крыльях. Управлял катером опытный водитель Иван Патрикеев.
Катер был настолько примечателен, что нельзя не сказать о нём несколько слов. Восьмиместное судно выпускалось с двигателем от легкового автомобиля «Волга» ГАЗ-21. Панель, рулевое управление, вплоть до радиоприёмника, было сделано как у автомобиля «Волга» ГАЗ-21. На причале у спасательной станции катер мало чем, кроме стати, отличался от других катеров и лодок. Главная его особенность состояла в том, что по мере увеличения скорости движения он поднимался над водой и буквально летел над волнами на подводных, не видимых вначале, крыльях. Скорость движения, со слов очевидцев, доходила до 70-75 км/час.
Из-за отсутствия в то время в стране сети дорог с твёрдым покрытием и большегрузных автомобилей река Кама представляла собой оживлённую водную магистраль, по которой с начала мая до конца октября днём и ночью шло интенсивное движение различных судов: сухогрузных барж, пассажирских трёх- и двухпалубных теплоходов, судов на подводных крыльях, танкеров для нефтепродуктов, плотов с лесом и т.д. Так, например, для столовых и магазинов отдела рабочего снабжения (ОРС) при ПО «Башнефть» на барже доставлялись арбузы из Астрахани, помидоры из Волгограда и т.д. Регулярно по расписанию, с заходом в порт «Николо-Берёзовка», проходил 85-местный скоростной «Метеор» Пермь – Казань.
Обдуваемые свежим камским ветерком, мы добрались до места минут за 20-25. На берегу стояли палатки рыбаков, автомобили «Москвич-408» с малопривычными номерами серии УДГ, УДМ Удмуртской Республики. Как только мы причалили к берегу, нас обступили рыбаки, стали расспрашивать, кто мы и откуда. Геннадий Григорьевич ответил за всех кратко: «Мы нефтяники, приехали по работе». Водитель Иван остался с катером, остальная группа поднялась в гору, где надо было найти знак – репер, оставленный при разведывательном бурении.
Подъём в гору с оборудованием был благополучно завершён. После установки топографических приборов приступили к работе, на местности стали выдавать точки бурения под первые добывающие скважины.
В топогруппе НПУ в то время работали разные, но дружные люди. Начальник был из Белоруссии, топограф – обаятельный и весёлый Евгений Михайлович Христолюбов, топограф Николай Болотов – молчаливый и флегматичный, техник Рая – небольшая, но энергичная и весёлая женщина, в тяжёлой спецовке и сапогах она работала на равных с мужчинами. Реечники Наташа Никулина и Роза Александрова, которая доработала до пенсии и уехала в свою деревню под Нефтекамском; Э.С.Борисов жил в то время с отцом в большом деревянном доме на берегу Камы по ул.Береговой; реечница Рахимьянова (имя, к сожалению, не вспомнил) тоже жила в Николо-Берёзовке. Анатолий Исупов – тоже реечник, жил в Нефтекамске.
Работали с настроением и душевным подъёмом, словно осознавая важность задания. Наш руководитель Геннадий Григорьевич был настолько мудр и интеллигентен, что нам – 15-летним, по сути, мальчишкам, не делал никаких замечаний, ничем нас не выделял, возможно, оттого, что мы с удовольствием и бегом выполняли все задания. Задача реечника – установить мерную линейку в то место, на которое укажет топограф, работающий с прибором: теодолитом или нивелиром. На место будущей буровой вышки устанавливался столбик с указанием данных (номер, дата).
Поскольку работа по выдаче точек бурения под скважины выполнялась в основном в летнее время, на период этих работ дополнительно принимались на работу реечники. Таким образом, нам довелось стать начинающими нефтяниками в довольно раннем возрасте. Мы закончили выдачу будущих нескольких скважин и вечером вернулись в Нефтекамск с чувством выполненного долга.
Впереди предстояла огромная работа по освоению Вятского месторождения, на котором впоследствии появятся два нефтепромысла НГДУ «Арланнефть». С развалом СССР и «парадом суверенитетов» в 90-е годы Вятская площадь отделилась от производственного объединения «Башнефть» и переименовалась в «Белкамнефть».
Читайте нас в