Все новости
ИСТОРИЯ
18 Апреля , 08:35

Страсти по телевидению

Когда в Нефтекамске показывало два канала телевидения, в Амзе смотрели пять каналов.

Елена Аллаярова, «КЗ».
Фото:Елена Аллаярова, «КЗ».

Недавно я узнал, что нефтекамская телевышка стоит без дела, ТВ-передатчики давно уже стали ненужными. А ведь не так давно казалось, что пророчество теле-оператора Рудольфа из кинофильма «Москва слезам не верит» начинает сбываться: кругом будет одно лишь телевидение. Вспомнилось.

Первый телевизор в Берёзовке появился ещё до моего рождения, я о нём знаю только по отцовскому рассказу. Имени первого телезрителя не помню, помню только, что был это старик с бородой до пояса, но, несмотря на возраст, бодрый и энергичный, рассекал по селу на мотоцикле, только борода развевалась.

Однажды он поехал на базар продать мёд со своей пасеки и купить корову. Вернулся без коровы, зато с телевизором. «Не ворчи, - успокаивал свою старуху, - по телевизору тебе целое стадо покажут; сиди смотри».

Устанавливать телевизор собрались соседи. По чертежам согнули из медных трубок антенну, прикрепили её к высоченной жердине, подняли, закрепили проволочными оттяжками, чтобы не уронило ветром, и отправились в избу. Подключили кабель, воткнули вилку в розетку, и весь вечер сидели - кто на табуретках, кто на полу - смотрели кино, новости, концерт - всё подряд.

В Нефтекамске с антеннами было проще: сначала обходились комнатными антеннами, позже на крышах появились коллективные, для качественного приёма хватало. Тем более что вышка была совсем недалеко - напротив автовокзала. Правда, транслировала она одну-единственную программу, но о большем тогда и не мечтали, все дружно смотрели одно и то же. Когда начиналась интересная передача, улицы пустели, а из всех окон доносились одни и те же звуки. В диспетчерской водоканала на стенке висела программа передач. Как только начинался фильм, надо было бежать отключать насосы и крутить задвижки: за считаные минуты расход воды уменьшался в несколько раз. Что интересно, когда начинался футбол, улицы тоже пустели, но давление в водопроводных сетях не менялось: футбольные фанаты стиркой и мытьём посуды не занимаются!

А потом открылись границы, и пришло много нового. И видеомагнитофоны, и телевизоры с пультом дистанционного управления - «лентяйкой» (пелевинский «homo zappiens» был уже на подходе), и чего только не было. 

Амзинский лесокомбинат, одно из немногих процветавших в 90-е годы предприятий, закупил комплект аппаратуры для ТВ-вещания. В Нефтекамске тогда ещё было всего два канала, а в Амзе – пять! Некоторые любители прекрасного даже приезжали к амзинским родственникам и знакомым посмотреть телевизор. А посмотреть было что. Нет, незабвенных Изауру и ПростоМарию показывали по первому каналу, эти сериалы смотрели и нефтекамцы. Смотрели фанатично. В отличие от героинь советского сто раз виденного сериала «Вечный зов», простые бразильские бабы не отвлекались на повышение производительности труда, их страсти-мордасти были общечеловеческими, а потому просмотр сериала был делом святым, пропустить его можно было только в самом крайнем случае. Некоторые каждую серию смотрели дважды: утром и вечером. Амзинцам повезло ещё больше - они могли смотреть даже четырежды: Амзя всего в 10 км от Камбарки, в зоне действия камбарского телецентра, а там транслировалась московская программа, на два часа позже нашей. Для обычного телезрителя удобно: пропустил передачу - посмотришь через два часа. Для фаната сериалов ещё удобнее: посмотришь дважды, разглядишь во всех подробностях.

Так вот, любители прекрасного ездили в Амзю смотреть не Марию, а НТВ. Передачу «Про это» и фильм про это. Ага, про то самое, чего не было в СССР, но внезапно появилось.

А днём в Амзе можно было посмотреть Турцию. По первой программе пару часов среди дня показывали настроечную таблицу, лесокомбинатовские умельцы на это время переключались на турецкий спутник - больше некуда было, ТВ-спутников было гораздо меньше, чем сейчас. Амзинцы, для кого татарский язык был родным, разделились на две группы: одни утверждали, что турецкий язык очень похож на татарский, отличается главным образом произношением, но не намного больше, чем местная речь от казанской. Другие понимали лишь отдельные слова, всё остальное, по их мнению, лишь слегка напоминало родной татарский. Интересно бы послушать филологов, как они объяснят такую разницу в восприятии чужой речи.

А потом телевидение стало спутниковым, а вскоре и кабельным. Тут я, как пристало в моём возрасте, обязан поворчать. Каналов стало 10, 20, 30, 40... 100 и больше. ТВ-программа уже не висит на стенке в диспетчерской водоканала, улицы не пустеют, когда по одной из сотни программ начинается очередная серия ПростоМарии или кого там сейчас смотрят. 

Рассказывал знакомый, занимавшийся установкой спутниковых антенн: чтобы демонстрировать клиентам, какие программы с каких спутников можно смотреть, он поставил у себя во дворе десяток тарелок, направленных во все стороны. А однажды решил отдохнуть. Лежу, говорит, на диване, делать нечего, работать не могу. В руках десяток пультов, каждым из них могу найти один из нескольких десятков каналов, итого несколько сотен на любой вкус, смотри что хочешь - а смотреть НЕЧЕГО! Изобилие - не всегда хорошо. Раньше один-единственный сериал про Штирлица снимали несколько лет, зато его можно было смотреть несколько раз. Сейчас сериалов стало во много раз больше, чем мгновений весны, но смотреть можно далеко не каждый. Как там у героя Райкина: «Все ходим скучные, бледные, зеваем... Это хорошо? Это противно! Пусть будет изобилие, пусть будет всё! Но пусть чего-то не хватает!» 

Автор: Александр Хохряков.

Читайте нас в