-15 °С
Облачно
ВКTlgrmЯ.ДзенОКTikTok
Все новости
9 мая - День Победы
30 Марта 2020, 11:55

Бабушка

(Отрывок из повести «Когда наша мама была маленькой»)

Четырёхлетняя Райса бежала домой, шлёпая босыми пятками по отбитой множеством ног земле. Глядит, возле их ворот стоит лошадь, запряжённая в телегу.
«Каразирековские приехали!» – определяет тут же девочка, мигом узнав лошадь и телегу по еле уловимым приметам: к тележному днищу прикреплено знакомое ведёрко для дёгтя, дядя смазывает им колёса арбы, если дорога дальняя. И его кнут лежит тут же, на рогоже, которой застелена телега. Странно, что брат не крутится возле, уж он такой охотник до лошадей!
Брат с сестрой, честно говоря, не больно любят бабушку из Каразирекова, мамину маму. Она какая-то скучная, как серый сухарь. Мало разговаривает, гостинцев от неё тоже не дождёшься. И сегодня девочка шла к дому без особой радости. Бабушка будет теперь гонять её без конца:
– Райса! Иди воды свежей принеси с родника. Райса, протри-ка тут пол!
В действительности дело оказалось ещё хуже. Мать, которая давно уже ходила, держась за живот, и не выходила на колхозную работу, наутро ушла в больницу и осталась там. Бабушка, усевшись на саке, сначала немного подержала на руках маленькую сестрёнку Райсы, потом достала старый Коран и стала читать, перелистывая жёлтые страницы тонкими пальцами. Брат, под предлогом натаскать веток для растопки, убежал с мальчишками на речку.
Днём сестрёнку можно было ещё развлечь, хоть и тяжёлая она, вытащить на улицу, на тёплую землю, чтобы самой поиграть с подругами. Но вот ночью… Только угрелась Райса на полу, укрывшись старыми бешметами*, только уснула, прижавшись грязными пятками к тёплому боку брата, как бабушка уже звала её:
– Райса, ребёнок плачет!
Райса спросонья нашарила за пазухой бутылочку с разведённым молоком, подхватила малышку и стала её кормить. Фаузия, наевшись, успокоилась и уснула. Старшая сестра упала и уснула как убитая.
На следующую ночь ей пришлось хуже. Во сне она выронила бутылочку, и молоко почти всё вылилось на постель. Фаузия уже не плакала, а истошно орала, не давая покоя никому. Бабушка подливала масла в огонь, проклиная неумёху внучку:
– Кахар суккан бала!* Ничего толком не умеешь, не могла как следует приготовить ребёнку еду с вечера!
На счастье, на столе лежал хлеб, завёрнутый в тряпочку. Райса откусила от половины каравая, начала разжёвывать его. Голодная Фаузия стала кричать ещё пуще. Кое-как завернув разжёванную тюрю в уголок платка, Райса сунула его сестрёнке в рот. Измученная малышка, всхлипывая, стала сосать и скоро уснула. Когда Райса отошла от её зыбки, она казалась себе ледышкой, так застыли босые ноги. Единственным одеялом укрылась бабушка, которой досталось хозяйское место на саке.
Снова проснулась Райса часа через три, от холода. Брат Гаптрахим уже встал, как мужчина, принёс сухого кизяка, растопил плиту. Воду в казан, вмазанный в плиту, Райса натаскала ещё вчера. Брат, жалея её, не будил, но как тут спать. Ночью пошёл холодный августовский дождь, в открывающуюся дверь ушло последнее тепло, да и сестрёнка в колыбели уже похныкивала. А бабушка ни за что не встанет первой, не пойдёт за растопкой, вот и приходится Гаптрахиму с совком бежать к соседям за угольками, чтобы разжечь плиту.
День, когда бледная и похудевшая мать вернулась из больницы домой, показался девочке праздником. Наконец бабушка уедет! «Никогда не буду к ней ездить, – думала Райса. – И такой злюкой, как она, тоже не буду! Пусть живёт у себя, в своей деревне. Без неё хорошо!»
*Бешмет – верхняя одежда (тат.)
*Кахар суккан бала – проклятый ребёнок (тат.)
Рисунок: Елена Аллаярова, "КЗ".
Читайте нас в