+19 °С
Облачно
ВКTlgrmЯ.ДзенОКTikTok
Все новости
9 мая - День Победы
4 Сентября 2020, 19:35

Через огненные версты к тихому счастью

В минуты душевных потрясений каждый человек поступает по-своему. Я всегда в таких случаях обращалась к отцу. Когда же его не стало, я стала воскрешать его образ в своей памяти. И в тот день, стоя у окна, я думала о незабываемых моментах общения с ним. Суть многих его высказываний, видение мира, образ его жизни всегда давали и дают мне неимоверные силы продолжать жить дальше.Маленькой «девчушкой-соплюшкой» называл он меня с любовью. А я радостно восклицала в ответ: «Папа, папочка!». Повзрослев, я стала называть его коротким, но удивительно ёмким словом «отец», вобравшим в себя всё лучшее от настоящего мужчины.

Обычно он был немногословен, был скуп на эмоции, и всё же иногда они у него прорывались. Случалось это чаще в день великого праздника - Дня Победы. Не раз в этот праздник к нам приходили супруги - Ислам-бабай с женой Минсафой-апа - мы так их называли. Два друга-фронтовика, сидя за праздничным столом, вспоминали свои боевые действия, пели фронтовые песни, поминали своих боевых товарищей, погибших на поле боя.
От водки и других горячительных напитков они постепенно хмелели, лица их краснели. Они становились мягче, и та натянутая пружина, что была внутри них, в этот день расслаблялась.
«Вот расшумелись», - незлобно ворчала Минсафа-апа, а мать успокаивала её: «Что, у тебя вместо сердца - камень, Минсафа? Пусть посидят наши мужики, у них вся грудь в наградах. Они заслужили это!»
Наступал следующий день, и снова в руках отца были его незаменимые инструменты плотника - молоток, гвозди и ножовка, которые он применял как на работе, так и в личном хозяйстве.
Летними вечерами после трудового дня, сидя на лавочке у дома, я «доставала» его вопросами, делилась своими обидами. Он не отмахивался от назойливой девчонки, спокойно выслушивал меня и рассуждал вместе со мной.
- Папа! У меня сегодня был самый скверный день в моей жизни. Мне так стыдно, - как-то пожаловалась я ему.
Я стояла перед отцом, опустив голову, словно виноватая, и подергивала кончик своего пионерского галстука. По просьбе матери мы с сестрёнкой в тот день торговали рассадой капусты на рынке. Торговля шла бойко, и всё же нашлась одна из покупательниц, которая назвала нас маленькими спекулянтками.
- А ещё пионерский галстук надели, - пристыдила она нас.
Выслушав меня, отец произнес: «Не переживай, дочка. Пройдут годы, и ты с улыбкой будешь вспоминать об этом».
А ведь так и случилось. Многое изменилось с тех пор, и этого обидного слова давно у нас нет в лексиконе.
Вечерело, а мы всё говорили с отцом. Над нашими головами свисали тяжёлые ветки большой старой яблони.
Сорвав яблоко, отец с хрустом надкусил его и радостно, как озорной мальчишка, воскликнул: «А ведь наши яблочки уже медком налились! Урожайный год нынче». Умел отец впускать в своё сердце радость.
Казалось, он всегда будет с нами. Однажды он произнёс, что придёт время и он покинет нас и в то же время всегда будет с нами. Видя моё недоумение, он объяснил, что он останется в нашей памяти, и хорошо, если мы будем вспоминать его добром.
- Прошлое, оно ведь, как горб у верблюда, всегда позади тебя и никуда от него не деться, дочка, - говорил отец.
В последние годы жизни отец, отвечая на мои звонки, тяжело дыша в трубку, отвечал: «Вот что-то я только подустал, будь спокойна, дочка».
Лишь только раз мы услышали от него: «Потерпите чуток. Не всем удаётся богу отдать душу в одночасье». Ушёл тихо, как и прожил свою большую жизнь, боясь в своей жизни лишь одного - стать обузой своим близким в своей немощности.
Отец, некогда простой парнишка из деревни, с полуголодным детством, отслужив в армии, а потом, сразу попав на фронт, дошёл по фронтовым дорогам до самого Берлина. Он был простым солдатом, полковым разведчиком.
Через огненные версты шёл он к своему тихому семейному счастью. И любил свою жизнь, несмотря ни на что! Для меня он был и остаётся духовным наставником!
Читайте нас в