-3 °С
Облачно
Все новости
Зарисовка
20 Января 2021, 21:45
Её лучшие дни
Какая же удивительная штука – жизнь, рассуждая примерно так о своей прожитой жизни, она, уже зрелая женщина, неторопливо шла по осеннему парку, держа в руке яркий букет из кленовых листьев.
Недавно выйдя на пенсию, впервые никуда не торопилась. Наконец-то свободна, независима ни от кого, шла, с упоением наслаждаясь своим положением, тишиной, обволакивающей городской парк, и сердце её работало теперь с другой частотой, ровно, без скачков. Она, мало зная достопримечательности своего города, ведь работала на кирпичном заводе вдали от дома, посетила места культурного отдыха, прошлась по музеям.
Сейчас у неё была уйма времени поразмышлять, вспомнить былое. Разбросанные повсюду листья, напоминали ей о прожитых годах, навевая лёгкую грусть. С улыбкой женщина вспоминала о своих детских комплексах, мешавших, как ей казалось тогда, осуществлению мечты – стать киноактрисой, ведь девочкой она очень неплохо пела, умело подражала голосам эстрадных артистов, тем самым вызывая у уличной детворы бурные эмоции.
Взрослея, она замечала, что совсем не похожа на своих любимых красивых актрис, фотографиями которых была оклеена одна из стен её комнаты. Видя себя, угловатую девушку, с яркими веснушками на лице, она решила, что ей не «светит» быть рядом с ними. Если бы и взяли её «туда», то суждено было бы ей играть смешных тёток или старух. Увы… Да, это были мечты наивной девчонки. К тому же она была ужасной трусихой. На своей улице она была заводилой, раскрепощённой, а оказавшись среди чужих – испытывала внутренний страх. Казалось, она вся состояла из клубка сомнений: что скажут, что подумают о ней окружающие. Её можно было сравнить со страусом, прячущим голову в песок в минуты надвигающейся опасности.
Шли годы, и страх постепенно сменился осторожностью хрупкой девушки, вступающей во взрослую жизнь. Завод, на котором она начала трудиться, её окружение оттачивали её, превращая из боязливой, несмелой девчонки в старательную, активную девушку. Свою неосуществлённую мечту она частично воплощала на заводской сцене. «Активистка, комсомолка, а вот о личной жизни совершенно забыла. Так и старой девой можешь остаться», - подтрунивали над ней девчата. Ей было уже под тридцать, когда она создала свою семью, состоящую из трёх человек: её, которую многие уже величали Надеждой Ивановной, мужа-вдовца и его дочурки-школьницы Татьяны. Не было ни свадьбы, ни белого платья невесты. Брачующиеся тихо и скромно зарегистрировали свои отношения в отделе ЗАГС, и это было их обоюдным решением. Большинство из её родных, подруг были против такого союза, муж был намного старше её, да и для его дочери она была мачехой. Наперекор всем разговорам она соединила с ним свою судьбу. Малоразговорчивый супруг, которого все в цеху называли «молчун», оказался отличным семьянином. Прожив с ним многие годы, ни разу не пожалела о своём выборе. Совместных детей у них не было, к Татьяне она относилась, как к своей дочери.
И все же пришёл тот день, та чёрная пятница, забравшая её супруга, никогда не жаловавшегося на сердце. В тот день она сама стала вдовой. Оставшись без опоры, почувствовала себя совершенно одинокой. Для мужа она была любимой «хрустальной вазой», которую он берёг, боясь разбить. С потерей отца, изменилась и Татьяна, будучи уже замужней и растившей сына Илюшу, она стала замкнутой, холодной по отношению к ней.
Произошедшее с семьёй уничтожающе действовало на неё, разъедая изнутри. Ей хотелось что-то делать по мере своих сил, быть нужной кому-то. «А что я теперь могу? Кому нужна старая кляча на седьмом десятке лет? И от старости ведь нет лекарств», - грустно размышляла Надежда Ивановна. Телефонный звонок, раздавшийся ранним декабрьским утром, развеял сомнения насчёт её пригодности. Татьяна, вышедшая недавно из декретного отпуска, просила её посидеть с приболевшим Илюшей, который начал ходить в детский сад. С того дня ей теперь частенько приходилось бывать дома у молодых. В первое время общение с трёхлетним Илюшей, совершенно не признававшим её, было трудным. Здесь нужны были железная выдержка и настоящая любовь к маленькому своенравному человечку. Вечерами она «умирала» от усталости, а утром вновь «воскрешала», удивительно, с ещё большей энергией. Время шло, все постепенно притирались друг к другу. Сейчас мальчонка уже восторженно встречал её на пороге, целуя покрытое сетками морщин лицо, вёл за руку в детскую, где для него начиналось настоящее представление. Читая ему сказки, умело подражая героям своим голосом, меняя мимику лица, она приводила в восторг малыша, заставляя его радостно хлопать в ладошки. Всё происходившее напоминало ей своё детство.
Частенько выходя с внуком на детскую площадку, она чувствовала всем сердцем, что это самые лучшие дни на закате её жизни, и шла она по ней, ничего не зная наперёд, что-то теряя и непременно обретая.
P.S. Имена вымышлены, совпадения случайны.
Рисунок: Елена Аллаярова, «КЗ».
Новости партнеров