+27 °С
Облачно
Зарисовка
29 Марта 2021, 05:35
Лебединая верность вороны
Напротив нашего окна растут две берёзы. По возрасту они, наверное, равны нашему дому. Во всяком случае, обе намного выше нашей пятиэтажки. Одна – обычная белая берёза, другая – с длинными, тонкими, висячими, как косы, ветками. Такие деревья у нас обычно называют «плакучими» или даже чёрными. Хотя ничего чёрного на них нет, но они наводят грусть своим видом.
Что интересно, птицы гнездятся только на белой берёзе. У неё мощные ветки, удобные для «строительства» жилья. Плакучая тоже не пустует: на ней птицы по утрам собираются «на оперативку» и через минут десять-пятнадцать разлетаются по своим объектам.
В начале весны прошлого года из-за пандемии пожилым людям, а мы с женой уже давно относимся к таким, было велено сидеть дома, что называется, в условиях самоизоляции. Вот сидим у окна, изучая жизнь «на воле», с особым интересом наблюдаем за заботами птиц. Надоело смотреть по телевизору бесконечные разборки артистов о том, кто, от кого и когда родил ребёнка, и как они между любовными похождениями успевали сниматься в кино.
У нас есть кормушка для синиц, выставленная через форточку. Разговариваем с этими шустрыми птичками через стекло. Посещают наше место встречи с крылатыми соседями и голуби.
Но особое внимание наше привлекают вороны. Они живут тихо, не шумят как грачи.
Первый признак приближения весны – когда птицы начинают ремонтировать старые или строить новые гнёзда. Ранней весной две вороны, выбрав удобное, надёжное место на белой берёзе, взялись за возведение жилья. Стеновой материал ломали с черёмухи и рябины, что растут рядом. Лежащие на земле старые «мёртвые» ветки не брали.
Кормовая база у них располагается на площадке у мусорных контейнеров, куда жильцы ближних домов (в том числе и мы) выносят излишки продуктов. Вороны проверяют и содержание кормушек для бездомных кошек и собак, установленных у магазинов. Я как-то видел, как ворона отогнала кошку, взяла в клюв добрый кусок корма и отнесла в тайник на углублении старого тополя. Однажды она принесла добытую где-то еду к берёзе, спрятала её под листья и улетела. И через несколько минут прилетели вдвоём – угощение досталось подруге.
В мае мы наблюдали, как обучали они своего воронёнка, который долго не мог подняться следом за родителями. Мы вынесли им часть своего завтрака, но птицы не поверили в нашу доброту.
На следующий день видели всю семью на высокой ветке. Обрадовались: значит, курс обучения воронёнок сдал на отлично. Наши знакомые начали улетать вместе, возвращаться и сидеть на самой высокой ветке.
В конце лета, когда заметно похолодало, утром заметили на плакучей берёзе только одну ворону. На сухой ветке сидела она долго. На следующее утро наша знакомая опять скучала одна. Даже шумная «толпа» грачей её не волновала. Я обратил внимание - грачи были все парами. Прилетали не просто десять птиц, а пять пар, семь пар…
Мы поняли: что-то случилось с этой семьёй. Возможно, попались на глаза охотников. Я знаю, у членов общества охотников есть задание - принести столько-то пар лап серых ворон. Эти люди считают, что такие птицы разоряют гнёзда других полезных птиц. Например, уток. Но в городе они – санитары, подбирают то, что люди за собой не убрали.
Понятно, вороны траву не едят, но всё же жалко наблюдать, как каждый день на самом верху берёзы перед нашим окном сидит одинокая птица. Вот пришла зима, синицы проверили все почки у берёзы на наличие яйцекладок вредителей. Ворона наша одна, кого-то ждёт. Говорим: «Вот бедная», но ничем не можем помочь.
Чаще всего говорят о лебединой верности, а мы наблюдали за лебединой верностью вороны. Кто-то из читателей, особенно из числа орнитологов и охотников, скажет, что так не бывает. Но я написал о том, как мы это воспринимаем. А в целом эта история не только о птицах, но и о людях…
Рисунок: Елена Аллаярова, «КЗ».
