Идеальный муж

- Фу, наконец-то я их достала!

- Мам, кого?

- Цесарок!!!

В коробке что-то подозрительно пищало. Очень похоже было на крысиный писк, который время от времени мы слышали в деревенском сарае. Мама не стала долго испытывать наше терпение. Наконец-то коробочку вскрыли, и на кухонный пол вывалились пять ужасных, безобразных созданий.

- Квазимоды! - дал им чёткое определение брат Денис. А уродцы в тот же час с крысиным посвистом забились под русскую печь.

Потом с трудом нам наконец-то удалось их разглядеть. Двое из них были грязно-белого, двое – серо-голубого и один – бурого цвета. Горбатое, уродливое тщедушное тельце заканчивалось шеей, на которой сидела маленькая, лишённая всякого покрова лысая голова.

«Квазимоды» (мы их сразу невзлюбили, поэтому по-другому не называли) постепенно подрастали, но по-прежнему оставались ужасно дикими. Одно только вылавливание их каждый день по утрам из-под печки, вынос на улицу, водружение их под коробку на улице и обратный процесс по вечерам свёл бы кого угодно с ума. Но только не нашу маму! Она с завидным терпением и заботой растила своих «малышей». И с восхищением рассказывала каждый день что-нибудь о них «новенькое». Особенно восхищал её их «ум», как убеждала нас она. Особенно большой любовью пользовался у неё Чёрная неблагодарность – так называла она того цесарёнка, который из грязно-бурого уродца к осени превратился в настоящего красавца. Даже наш с братом скептицизм по поводу их красоты поугас к тому времени.

Так вот, это оказался петушок тёмно-кофейного цвета, с белыми и чёрными вкраплениями на крыльях и шикарной грудкой брусничного цвета. Голова, правда, оставалась по-прежнему голой, только на ней появился гребешок, похожий скорее на рог, да на ушах появились небольшие скромные красные «клипсы».

Двое белых оказались также петушками, а два синих – курочками. Посреди зимы один из белых петушков погиб. А к весне два оставшихся после некоторого соперничества, наконец-то, поделили двух милых синих курочек между собой.

Вот тут-то в полной мере нам пришлось раскаяться и признать своё несправедливое отношение к этим поистине милым, как оказалось, «джентльменам». Первая пара уходила со двора подальше и таилась где-то в саду заброшенного соседнего дома. Наш же герой был более благоразумен – поселил свою «возлюбленную» в нашем сарае, в специально сколоченном для них ящике на ножках.

Вскоре в гнезде начали появляться белые яйца в крапинку, по форме и размеру напоминающие садовую клубнику. Яйца необходимо было регулярно убирать. Но как же это было трудно сделать! Каждый раз для этого маме приходилось отбивать немыслимые атаки. Зачастую можно было наблюдать и такую картину: сначала слышался дикий визг и крик мамы на Чёрную неблагодарность. Затем выбегала сама мама, а за ней, о ужас, что-то непонятное! Не то ураган, не то смерч с сопровождающимися возмущёнными звуками, напоминающими смесь собачьего лая, криков индюка, утиного у-а-к, у-а-к и ещё чего-то непонятного. Услышав эти ужасные вопли, визг и крики, мы с Денисом каждый раз выскакивали на крылечко и с удовольствием смеялись. Но уже через некоторое время мама с невозмутимым и совершенно спокойным видом заботливо укладывала возможного «будущего Квазимодо» в специально утеплённую коробочку и нежно приговаривала: «Ну что ж, наверное, настоящий папа и идеальный муж именно таким и должен быть!»