Рыбалка в Муште (Отрывки из повести «Арская долина»)

Автор: Анатолий ОКЛАДНИКОВ.

– Гена, поднимайся, рыба тебя в Муштограде заждалась.

– Ох, ты! Я и не слышал, когда будильник прозвенел, – глядя на часы, улыбаясь, произнёс муж. – Спасибо, с добрым утром, Малаша, Малашенька моя, – так Геннадий называл, любя, подругу жизни, с которой был вместе с детских лет. Когда-то их родители жили по соседству.

– Всё ли я положила? Проверь.

– Да ладно. Ты у меня умница, лишнего не положишь, спасибо. Сегодня у тебя свои дела, но в следующий раз без тебя не поеду.

Через тридцать минут «Нива-заяц» выкатилась из города в направлении Хазино, заправившись на АЗС «Народной» под завязку. Миновав Ташкиново, Арлан и Можары, «Заяц» повернул направо на Ашит. В салоне сидели три здоровяка, каждый весом более центнера. За рулём шутник, балагур, любитель анекдотов, постоянно рассказывающий разные былины, которых хватает на оба конца пути, Геннадий Егорович Шабалин. Заядлые рыбаки, такие же анекдотчики, бывшие автомеханики крупных автохозяйств Нефтекамска Борис Кунакузинович Кунакузин (в шутку Кинокузинович) и Николай Михайлович Чернышов.

День предвиделся солнечный. Небо было чистым, без облаков. К месту рыбалки, в деревню Старая Мушта, подъехали вовремя. Солнце всходило, освещая алой зарёй всё вокруг.

Вдоль озера по всей длине проходит дорога, по одну сторону, окнами к озеру и проезжей части, выстроены дома, хозяйственные постройки. Напротив каждого дома от берега в воду протянулись мостки, отличающиеся по величине и расходуемому материалу. У кого-то – из стальных труб, большинство – из толстых досок достаточной ширины. На концах мостков сделаны сиденья для удобства, хозяйкам бельё полоскать, мыть посуду и, конечно, рыбакам ловить рыбу.

Подъехав к большим мосткам, где красуются несколько мощных тополей, Шабалин заглушил двигатель «Зайца».

– Вот и приехали. Занимайте места, пока нет никого, – кряхтя вылезая из-за руля, сказал водитель.

К этому месту он за много лет привык. Его с Раисой Филаретовной знали по всей улице взрослые и дети. Неоднократно они выполняли просьбы жителей этой улицы: привозили хлеб, соль, сахар. Благодарные заказчики приглашали не только к чаю, но и помыться в баньке. Гостеприимство и доброта этих людей были велики. Вот и сейчас хозяин мостков Ради вышел из светло покрашенного дома, прикуривая сигарету, сказал:

– Здравствуйте! С приездом, Гена! Я сейчас уберу свои снасти, тогда и займетесь вашим отдыхом. Чай пить будете? Самовар на столе, прошу в любое время. – Направившись к концу мостков, он наклонился и отвязал конец китайской сети длиною не более мостков, аккуратненько собрал её на пальцы, осторожно вытащил из воды и понёс во двор. Видно было, как трепетали караси, зацепившиеся жабрами за ячейки.

– Вы видели, как несколько карасей держались не за жабры, а ртом за леску сети?! Их здесь тьма, успевай только таскать, - глядя вслед, говорил Шабалин. Он вынул из багажника «Зайца» складное сиденье, снасти и наживки и надел на голову шляпу с широкими полями красного цвета.

– Этот головной убор от солнечных лучей и мошкары мне подарили Юрий Михайлович и Ольга Георгиевна Белюшины, – похвастался он Кунакузину, готовившему рядом снасти.

Собрав раскладные удилища пяти и шести метров, насадив насадку на крючки, Шабалин закинул удочки. Забросив несколько горстей каши для приманки, стоял, наблюдая за поплавками. Вот один из поплавков качнулся и пошёл в сторону. Рыбак, взяв удилище, резко мотнул концом, подсёк. Наматывая леску на катушку, достал улов – карасика со спичку величиной. Не успел отцепить, как второй поплавок резко исчез под водой. Оставив маленькую рыбку на крючке, положив на мостки, стал вытаскивать второе удилище. Здесь чувствовалось дёргание, метание рыбы, изгиб удилища, натяжение лески. Вот она, минутная радость, за которую рыбаки отдают личное время, недосыпая, полуголодные, и в дождь, и в слякоть, и в холодные осенние дни, – с замиранием сердца вытащить рыбину, а может, рыбёшку, как повезёт. Подведя к мосткам, вспомнил про сачок, он остался на берегу. Пришлось вываживать на берег и взять трофей, им оказался карп весом около 700 граммов. Вложив в садок, привязав к мосткам, опустил в воду. Забросив удочки, продолжал стоять, наблюдая за поплавками. Прибежала из дома хозяйская кошка, села под ноги Шабалину. Мелкую рыбку он отдавал этой прожорливой кошке. Как-то подсчитал, и оказалось, за утро она съела более 20 штук карасиков. Вот и теперь мелочью кормил гостью, а подходящую клал в садок.

Почувствовав усталость от длительной рыбалки стоя, Шабалин принёс любимое складное сиденье и, установив его на мостках, сел. Солнышко уже было высоко. Рыба клевала всё реже и реже. Сидящих на мостках рыбаков клонило ко сну. Они старались не разговаривать между собой, чтоб не спугнуть рыбу. От низкого сиденья отекали ноги, так и хотелось их протянуть. В один из моментов сиденье скользнуло по мокрой доске мостков, и Шабалин, упав навзничь, оказался в воде. Почувствовал, как холодная вода вливается вдоль позвонка от шеи под одежду. Глазами, залитыми водой, не видел, ногами дна не доставал и не мог сообразить, что случилось. Бывший заместитель командира взвода, перворазрядник по многим видам спорта, он быстро пришёл в себя. Глубина воды более полутора метров. Встав на ноги, держась за доску мостков, он нырял под воду. Прибежавший на выручку Борис Кунакузин спросил:

– Чего там потерял? Иди к берегу.

– Да сиденье где-то тут, – ощупывая дно, ответил пострадавший. – Всё, всё, нашёл, вот оно.

Положив на мостки сиденье, направился к берегу. На суше вода текла с него, как из ручья.

– Что случилось, решил руками ловить? – шутил Кунакузин.

– Просто вместе с сиденьем соскользнул.

– А шляпа где? – с улыбкой поинтересовался товарищ. – Карасям подарил?

Потеря оказалась под мостками. Стряхнув воду, Шабалин надел шляпу на голову. Большие поля висели вокруг головы, напоминая колокол.

На берегу, раздевшись, развесил одежду на заборе, надев при этом запасную, которую Раиса Филаретовна предусмотрительно кладёт в рюкзак на всякий случай. К вечеру вернулись домой с хорошим уловом и добрым настроением.

Грибы опята

Телефонный звонок раздался как-то неожиданно резко, показался междугородним. Андрей снял трубку, из которой услышал знакомый голос.

– Добрый вечер, Георгиевич. Я вот что звоню. Моя Филаретовна сегодня была на рынке и там видела множество опят, бабушки торгуют. В лесу-то их больше. Как на это смотришь?

- Привет, дорогой, смотрю положительно. Мы с Ниной Порфирьевной в любое время готовы, только свистни. «Ласточка» у меня на ходу, не кашляет, старается не подвести хозяина. Когда и куда едем?

– Поедем завтра за Уразаево, часиков в семь. Устраивает?

– Да, конечно. Что показывает твой барометр?

– Нормально, и давление, и ясную погоду.

На следующий день «Москвич-ласточка» и «Нива-заяц» катились по автостраде от Нефтекамска в сторону Дюртюлей. За деревней Ташкиново свернули направо, миновав дорогу полем, проехали по лесному массиву через мост, мимо деревни Уразаево и дальше вдоль леса по направлению села Саклово. Проехав мимо деревни Ивановка, оставшейся левее по пути, свернули направо в лес, двигались на Краса Увал по просеке. Облюбовав удобное место, остановились. Машины просматривались на достаточном расстоянии. Надев сапоги, набросив накидки от комаров и клещей, взяли вёдра и ножи и направились в лес. Шабалины направились по одну сторону просеки, Окладовы по другую.

День выдался солнечным, было сухо, сучья под ногами хрустели. Стук дятла, добывающего себе еду, разносился далеко по лесу: «Тук, тук, тук». Где-то с вершин деревьев доносилось карканье ворон. Чириканье разных птичек, слетавших с кустов, привлекало внимание. Лучи солнца пробивали лесную темень, как прожектора. Папоротник разросся по всему лесу почти по пояс высотой. Чтобы разглядеть наличие грибов, приходится наклоняться.

– Вот он, родненький, – донёсся голос Нины Порфирьевны. – Иди ко мне на руки, красавец мой, – она осторожненько срезала гриб с коричневой шляпкой, толстой белой ножкой диаметром больше головки. Общим размером с пол-литровую банку.

Минут через сорок собрались у машин. Стали хвастаться, у кого сколько и каких грибов. Нина Порфирьевна оказалась на высоте, набрала больше всех, причём настоящих белых. Шабалины меньше, у них заманчиво лежали полкорзины опят-пятачков.

Раиса Филаретовна угостила горячим чаем и вкусными пирожками. Сообща навязали веников для бани. Набрав грибов со второго захода, в другом месте, направились домой.

Напротив Ивановки в лесу, на деревенском кладбище, покоятся родители Андрея. Он не проедет мимо, не навестив их могил. Вот и на этот раз заехали. Протёрли от пыли памятники, убрали нападавшие ветки с могилок. Вернулись домой удовлетворённые набранными грибами и, в целом, прошедшим днём.