Превратности судьбы

Автор: А.НИГОРСКАЯ.

Капитолина, тогда ещё крепенькая женщина, умело управлялась со своим крестьянским хозяйством. Кроме того, будучи единственной повитухой, она принимала роды, помогая младенцам появиться на белый свет. Её уважали в деревне.

В конце деревни стояла наряженная к новогодним праздникам ёлочка. Со снежной горки, сооружённой ребятами совместно со взрослыми, с радостным визгом на больших деревянных санях скатывались довольные ребятишки. Тяжело пыхтя, переваливаясь с одной ноги на другую, Алёнка упрямо продвигалась вперёд к той самой ёлке. Обычно скромный молчун Стёпка, увидев её, засмеялся и воскликнул: «А ты сегодня похожа на неуклюжего пингвинёнка!» В ответ девчонка, насупившись, сердито посмотрела на него. Стёпка, ученик второго класса, проживал с родителями на соседней улице, но часто приходил к своему деду по материнской линии, живущему по соседству с бабкой Капитолиной.

Накатавшись с горки, пообщавшись со сверстницами, Алёнка уже держала обратный путь, когда её догнал Стёпка. «Слушай, соседка! Про меня в школе говорят, что со мной невозможно говорить, груб. Ну, одним словом, колючий, как ёжик! Только дед понимает меня, говорит, что я нормальный парнишка». Он вопросительно смотрел на девчонку, ожидая от неё ответа. «А про меня говорят, что я белая и пушистая», – последовал её ответ. «Для меня ты, скорее, потешная, смешная девчонка», – отозвался мальчишка.

Через год Алёнка пошла в первый, а Стёпка в третий класс. Стёпка учился хорошо, любил математику – мир чисел, Алёнка, бегло читавшая букварь, брала детские книжки из школьной библиотеки. «Математика – это же голые цифры, никаких эмоций, скучно же», – как-то произнесла она. «А ты научись включать свои мозги, думать, а не мечтать, летать в облаках», – словами строгого учителя произнёс в ответ друг. «Они у меня ещё не созрели, зелёные!» – последовал её ироничный ответ.

Бежали годы, и в стройной, высокой девушке с русой косой трудно было узнать ту пухлощёкую, смешливую девчонку Алёнку с двумя тоненькими косичками и остренькую на язычок. Её друг Стёпка стал улыбчивым молодым человеком, с отличными оценками окончившим школу. «Вот счастливая влюблённая парочка», – поговаривали жители их большой деревни, смотря им вслед. В своих мечтах молодые строили совместную, семейную жизнь. Но они не могли знать, что их мечты, в результате сложившихся обстоятельств, сбудутся не скоро. И время их общения покажется коротким, невозвратным мгновением, а душевные раны заживут не быстро…

Наступила золотая осень. Парня призвали на службу в армию. Вечером проводить парня к деду Василию заглянули бабка Капитолина с Алёнкой. Много тёплых напутственных слов услышал призывник в тот вечер. Бабка, улучив момент затишья за столом, неожиданно произнесла: «Алёнка! Ты у нас уже взрослая. Вижу, округляешься, на солёненькое тянет тебя, характер меняется. Скоро мамой станешь. Я в тебе вижу то, что ещё другие не видят». Услышав изречения бабки, молодёжь лишь переглянулась, а дед Василий и вовсе начал «клевать» носом за столом. В последнее время дед ослаб. «Кости ломит, чувствую, остаётся мне немного, отжил я уже своё. Старый пень, рассохся совсем. Жизнь-то – она так устроена, что один помрёт, другой родится», – тяжело вдыхая, говорил дед.

Через полгода деда не стало, оставил земную жизнь. Однако он ушёл, увидев своего новорождённого правнука-крепыша, названного в честь прадеда – Алёшей, продолжателя рода Захаровых!

В народе говорят, беда не приходит одна. Вскоре в иной мир ушла и бабка Капитолина. Молодая мать вместе с ней легко справлялась с домашними делами. Запелёнатый малыш легко засыпал на руках бабушки под её пение колыбельной. Оставшись без помощницы, Алёна насытившегося грудным молочком сынишку клала в люльку, закреплённую пружиной к невысокому потолку деревенской избы, и легонько покачивала. Натруженные пружины монотонно поскрипывали, клоня малыша ко сну.

Время шло. За последние два месяца Алёна не получила от мужа ни одного письма. В одно утро, когда ещё сынишка спал, раздался стук в дверь. Женщину бросило в жар. Вошла местная почтальонка тётя Поля и протянула ей тонюсенький конверт. На небольшом листочке в клетку было написано всего несколько слов: «Алёна, прости. У меня теперь другая жизнь. Степан». Её сердце бешено забилось, тяжело дыша, она присела. Первое, что пришло в голову: Степан встретил другую и будет с ней. Она сидела, закрыв глаза, ей казалось, что время остановилось. Однако громкий детский плач, разорвавший гнетущую тишину, заставил мать выйти из состояния оцепенения. Сын просил есть.

Прошёл месяц, другой, теперь Алёна жила отстранённо от окружающей действительности, как в тяжёлом сне, делая свою ежедневную работу механически. В один из таких дней женщина приняла решение вернуться в город, в малосемейную комнату родителей, ведь теперь её здесь ничто не держало. В первое время ей очень кстати оказалась поддержка родителей, выславших немалую сумму денег и одежонку для внука. Алёша начал ходить в детский сад, а его мама стала там работать нянечкой и заочно учиться в пединституте. Прошло время, мальчишка подрос и стал многое понимать. Пришло время ему всё рассказать. Вскоре мать и сама поймет, что они, взрослые, порой проживают свои дни, набирая годы в выдуманном ими же мирке, вместо того чтобы сделать шаг в реальность и понять истину произошедшего. Алёна решила отправиться в деревню.

Уже вечерело, когда мать с сыном шли по улице её родной деревни. Во многих домах горел свет, в воздухе витал запах натопленных бань. Мимо них пробегали ребятишки, спешащие на нарядную ёлку, что стояла в конце деревни. Оттуда доносились звонкие голоса, навевая воспоминания.

Подходя к дому деда, приезжие увидели свет в окошке. «Это, наверное, соседка Прасковья, присматривающая за нашим домом и деда», – в догадках проговорила Алёна. Приоткрыв ворота, они увидели у дровяника силуэт мужчины, стоящего к ним спиной и накладывающего поленья на санки. Затем он взял верёвку и потянул санки в сторону крыльца. Мужчина сильно хромал на одну ногу, ступая только пяткой, движения его были замедленны. «Сынок! Это же твой отец!» – вырвалось у Алёнки. Услышав эти слова, мальчонка не сдержался и со всех ног ринулся к отцу, повторяя, захлёбываясь: «Батя! Батька!» Ошеломлённый Степан застыл на месте, прижимая к груди запыхавшегося сына. «Чувствовал, чувствовал, что вскоре увижусь с вами», – наконец произнёс он. «А меня очень тянуло сюда, в деревню…» – шептал сын на ушко отцу. Это была их первая встреча, первый разговор отца и сына.

Уже стояла ночь, когда родители вели свои взрослые разговоры. «Не хотел быть тебе в тягость, обузой, после случившейся аварии во время поездки домой со службы. Вот и написал тебе такое письмецо», – оправдывался Степан. Их сын Алёша, распластавшись на койке, уже спал, чему-то улыбаясь во сне.

Наступил день, когда они отправились в обратный путь, но их было уже трое – семья воссоединилась. Солнце медленно всходило из-за туч, рассеивая лёгкий туман. В воздухе стоял лёгкий морозец, покрытые белоснежной бахромой, как невесты в белых платьях, стояли деревья. В тишине лишь слышен был скрип снега под ногами идущих. Они шли, наслаждаясь и восхищаясь красотой зимней природы, зная, что они часто будут приезжать сюда, на землю своих предков, где они вновь обрели друг друга.