Про принцессу Алёну

Автор: Равиля Решетникова.

Кто-то не поверит и скажет, что была она самой обыкновенной российской девочкой и жила в обычной панельной девятиэтажке, но эти люди ничего не понимают в сказках и мечтах маленькой принцессы, а может, и сказок не читали никогда, несчастные!..

Алёна никому не говорила о том, что она настоящая принцесса, только бабушка знала об этом, это был их секрет. Даже маме и папе они его не рассказывали. Папа, конечно, иногда говорил умилённо, когда Алёну одевали в воздушное праздничное платье и вплетали в её мягкие волосы белые банты: «Ах, ты моя принцесса!», но Алёна понимала, что это он просто так, в наплыве чувств, а на самом деле думает, что она просто обыкновенная девочка, правда, очень милая. 

Чтобы не выдать ненароком свой большой секрет, Алёна мало разговаривала, часто сидела у окна, глядя на белые облака, за которыми в своём воображении она видела удивительные города, моря и горы. А когда шёл дождь или гроза, серые тучи представлялись ей огромными заколдованными чудищами, которые сражались друг с другом за какие-то невиданные сокровища.

Когда Алёна пошла в школу, в первый класс, она для всех ребят казалась молчаливой тихой девочкой, которая ни с кем почти не разговаривала, на уроках вела себя примерно и прилежно училась. Только с одной девочкой Таней она подружилась немножко, после школы они вместе шли домой.

Сначала первоклассники все были тихими и спокойными, пока ещё привыкали к новой обстановке и новой школьной реальности. Но постепенно они осваивались, становились всё более бойкими, шумными. Мальчишки часто даже дрались между собой, то в шутку, то всерьёз. А уж в четвёртой четверти, когда яркое весеннее солнце всё чаще стало заглядывать в класс через большие школьные окна, добавляя огня и задора и без того активным и беспокойным мальчишкам, они стали шалить ещё больше.

На последней парте сидел самый бойкий и беспокойный мальчик Егорка. Он всегда первым задирал мальчишек, и его рыжий торчащий вверх чубчик был замечен во многих потасовках, из которых Егорка чаще всего выходил победителем.

С некоторых пор он стал задирать и девочек. Особенно доставалось Алёне, которая не умела давать отпор, терпела и молчала. Егорка не мог пройти мимо Алёны, не дёрнув ее за косичку или не ткнув в плечо, а то вдруг начинал хохотать дурным хохотом прямо ей в лицо. 

Сначала Алёна просто молчала, потом тихо плакала, ведь она была принцесса и не умела отвечать обидчикам. Но постепенно она начала сердиться. И на одной длинной переменке, когда учительница ушла куда-то из класса по своим делам, и ребятишки были предоставлены сами себе, Егорка стал вести себя совсем по-хулигански. Он сначала дёрнул Алёнку за волосы, потом, когда она отмахнулась, толкнул её несильно в спину, тут и другие мальчишки присоединились и стали, смеясь, толкать и дёргать девочку за рукава и за волосы. Несильно, конечно, просто дурачились, но обидно. И когда кто-то дёрнул за голубой бантик, который развязавшись, повис бессильной ленточкой вдоль плеча, с Алёной произошло страшное превращение. 

Оказывается, если маленькую милую принцессу долго обижать, а сильного рыцаря заступиться за неё рядом не находится, она сама может в любое мгновение превратиться… в огнедышащего дракона! 

Из глаз Алёны посыпались во все стороны искры, за спиной выросли невидимые крылья, она закружилась, раздавая тумаки своим обидчикам, а увидев перед собой хохочущего Егорку, схватила первое, что попалось под руку, и швырнула этим предметом в сторону своего главного мучителя. И этим предметом оказался учительский стул!.. Егорка отпрыгнул и увернулся, а стул, описав в воздухе широкую дугу, врезался в стену. Стена содрогнулась, но выдержала. А вот для деревянного стула резкое соприкосновение со стеной оказалось фатальным, он неловко упал, а одна ножка его надломилась и повисла на честном слове. 

Алёна медленно обвела притихших ребят ещё «драконьим» огненным взглядом, подошла к стулу, подняла его и растерянно постояла, держа в руках и не понимая, что же теперь делать и как оправдываться перед учительницей.

Потом она осторожно поставила стул на три ножки, а четвёртую просто выпрямила – так что если издалека посмотреть, будто и не было ничего. Потом медленно завязала распущенный бантик, получилось не очень аккуратно, ну да что уж. Медленно прошла к своей парте и молча села.

И все ребята так же молча разошлись по своим местам. Прозвенел звонок. В класс вошла учительница Нина Ивановна, как всегда, очень строгая и серьёзная. 

«Садитесь, ребята», – сказала она и сама присела на стул. Стул под ней качнулся, и она, привстав, увидела надломленную ножку. Удивлённо подняла глаза на детей, спросила: «Как это случилось? Кто это сделал?»

Алёна в этот миг задрожала всем телом, испытывая страшные муки. Ей казалось, если она признается, то потолок обрушится на нее, а может, Нина Ивановна испепелит её взглядом на месте, что, в общем-то, для тихой Алёны было почти равносильно. Но и молчать тоже было ниже её достоинства. Такая уж доля у принцесс – уметь отвечать за свои поступки. Вздохнув, она поднялась и, опустив голову, произнесла почти неслышно: «Я». И вдруг с удивлением услышала за спиной, с последней парты уверенное и вызывающее: «Это я!». Она обернулась, увидела огненный торчащий вихор над головой Егорки, его округлённые глаза, словно говорившие: «Ну вот такой уж я, делайте со мной что хотите!».

Их двоих учительница оставила после уроков на серьёзный разговор. Строго поговорив с ними, сделала запись в дневниках и велела назавтра прийти в школу с родителями.

Из школы Алёна и Егорка вышли вместе. Егорке было неловко, но он всё же смог сказать: «Ну, ты это, извини, что я обижал тебя. Я и не знал, что ты такая смелая, встала и сказала, что это ты виновата. Хотя это ведь я виноват, это ведь я тебя доставал!». Алёнка только пожала плечами и тихо улыбнулась. Принцессам не пристало много говорить, она это точно знала и чувствовала.

Конечно, дома им досталось обоим, и в школе было разбирательство: как дети дошли до такого, что стулья стали ломать!.. Всё это пришлось пережить.

Но после того случая Алёну в классе никто уже не обижал. Во-первых, все теперь знали, что она в гневе умеет превращаться в огнедышащего дракона. А во-вторых, потому что Егорка теперь и сам её не задирал, и никому не давал её в обиду.