Хлопоты (Отрывок из книги «Арская долина»)

Автор: Анатолий Окладиков.

В один из осенних дней работница ЗАГСа пригласила из очереди Андрея и спросила:

– Ты, мальчик, давно ходишь, я вижу, а на приём попасть не можешь. Почему родители не приходят? Где родился? Где живёшь сегодня?

Вопросы задавались на татарском языке. Андрей ответил.

– Ты что, русский? – удивилась служащая.

– Да, – промолвил мальчик.

– Где научился так чисто говорить?

– Учился в Чукалинской школе, там и живём.

Записав все данные, она попросила Андрея подождать до конца рабочего дня.

Дождавшись указанного времени, Андрей в приподнятом настроении сидел у дверей кабинета, в надежде получить долгожданный документ.

Но женщина в кабинете объяснила, что в записях актов гражданского состояния Андрей не значится. Родители в своё время не зарегистрировали рождённого ребёнка. Надлежит явиться на медицинскую комиссию 17 ноября не позже 10 часов утра. Поблагодарив работницу, Андрей вышел и с упавшим настроением поплёлся домой.

В указанный день парнишка вышел затемно, рано утром. Шёл по дороге, обходя лужи и большую грязь. Всё небо было затянуто облаками, непрерывно моросил дождь. Старенькая фуфайка промокла на первом километре, а лапти пропустили воду с первых же шагов. Однако настроение было приподнятое, местами он даже бежал трусцой.

За полчаса до указанного времени Андрей уже стоял у кабинета. Работница ЗАГСа при виде Андрея мягко улыбнулась и сказала:

– Молодец, пришёл вовремя. Я сейчас, сиди здесь.

Через некоторое время, пройдя по улицам Балтачево, они пришли в районную больницу. У дверей кабинета ждать пришлось недолго. Вскоре его вызвали. Попросили раздеться догола. Осмотрев, прослушав, проверив артериальное давление, посоветовавшись, пришли к единому мнению: год рождения 1934, месяц ноябрь, число 17.

Когда Андрей стал надевать на себя мокрую одежду, медработники переглянулись, и одна из женщин спросила:

– Мальчик, живёшь-то далеко?

– Далеко, в деревне Чукалы, это двадцать пять километров отсюда, – ответил он, надевая на ноги мокрые грязные лапти.

– Каким транспортом добираешься до дому, мальчик? – спросила пожилая женщина, с жалостью глядя на промокшую одежду.

– А вот он, весь транспорт, на своих двоих, как говорится, – указав на ноги, улыбнулся пациент.

– Я никогда не отпустила бы своего ребёнка в такую даль, да ещё в такую погоду, – с сочувствием сказала та же женщина.

В коридоре работница ЗАГСа сообщила:

– Свидетельство о рождении будет готово через десять дней. Приходи в декабре и входи без очереди. Сейчас можешь идти домой.

Андрей, взяв темп, почти до самого дома бежал мелкой трусцой.

Наконец настал тот день, когда в руках Андрея были эти несчастные метрики. Он расписался в большой книге, улыбнулся доброй работнице ЗАГСа и сказал:

– Спасибо вам, я за этим документом приходил сюда двадцать четыре раза. В общей сложности прошёл более тысячи двухсот километров. 

Радость переполняла его. Андрею казалось, что он не идёт, а его несёт какая-то сила. Он вспомнил, как ему, с отличием окончившему второй класс, вручали Почётную грамоту. Тогда он бежал, не чуя ног, из Курачева домой. А теперь есть документ, с которым он может поступить учиться в ремесленное училище. Это пропуск в самостоятельную жизнь. Первые, робкие шаги начала большого пути. Мальчик бежал по деревне Иванайки, поглядывая в незашторенные окна, в которых зажигались огни. Видны были люди, занимающиеся своими делами. Во второй деревне, с названием Верхние Иванайки, шедший навстречу мужчина спросил Андрея:

– Куда так бежишь, мальчик, не поздно ли? Погода портится, пурга будет. До следующей деревни Уразаево около десяти километров, не боишься?

– Нет, – ответил путник, с небольшой завистью к людям, находящимся в тёплых домах за окном.

– Смотри, мальчик, холодно будет.

Мужик ночлега не предложил, а Андрей постеснялся попроситься. Вот и побежал навстречу порывистому ветру, в темноте едва нащупывая край занесённой снегом дороги. Одежда на путнике лёгкая, ветер в ней не задерживается, на ногах лапти, удобные и лёгкие. Когда пурга изменила направление и стала дуть в спину, Андрей увеличил скорость. Он бежал вприпрыжку, преодолевая небольшие сугробы. Добравшись до Уразаева, Андрей почувствовал себя почти счастливым, до дому оставалось шесть километров. Когда проходил мимо мельницы, на пути встретилась пожилая женщина. Остановившись, она спросила:

– Куда спешишь, сынок?

– В Чукалы, – улыбнулся мальчик доброй женщине.

– Не боишься, время-то полночь? Говорят, у нас волки объявились. Пойдём ко мне, переночуешь, утром убежишь домой, – любезно предложила она.

– Спасибо, – не раздумывая, согласился путник.

Домик стоял на пригорке, как говорится, на семи ветрах. Женщина предложила лечь на печь, рядом с ней, ссылаясь на холод, но гость категорически отказался и лёг на скамью, стоящую вдоль стены у дверей. Лежал во всей одежде, подложив под голову кулак с шапкой. Ночью Андрей проснулся от холода, его трясло и знобило. Шапка оказалась на полу. Подняв её, надел на голову, плотно прикрыл уши. Посидев какое-то время, снова лёг. За окном шумела, завывая, пурга, то усиливаясь, то снова стихая, нагоняя тоску. Казалось, в избе гуляет та же вьюга. Нос и ноги замёрзли. Чтобы согреться, шевелил пальцами рук и ног, тёр ладони. Не делал резких движений, боясь разбудить хозяйку. Так скоротав ночь, утром Андрей побежал домой.

Передав метрики матери, наскоро перекусил, взял школьные принадлежности и убежал в школу. В ту зиму он учился в пятом классе.